XVI Евразийский экономический форум молодежи в Екатеринбурге в этом году собрал более 24 тыс. участников из 87 регионов России и 117 стран. Одним из спикеров форума стал президент УБРиР Алексей Долгов, выступивший перед студентами УрГЭУ с лекцией «Цифровой рубль: мифы и реальность». В своей колонке для РБК Екатеринбург он продолжает этот разговор и объясняет, что именно меняется в финансовой инфраструктуре и какие заблуждения до сих пор мешают предметно обсуждать цифровой рубль.
— О цифровом рубле до сих пор спорят больше, чем пытаются понять, как он вообще должен работать. Для одних это что-то из мира криптовалют. Для других — попытка отменить наличные и перевести все расчеты в новый формат. Для третьих — еще одна сложная технология, которая не имеет отношения к повседневной жизни.
Но цифровой рубль — это не замена наличным или безналичным деньгам, а еще одна форма рубля и новый контур расчетов. Поэтому важна не столько сама технология, сколько то, какие новые сценарии она открывает: от смарт-контрактов (самоисполняемых сделок) до дополнительных сервисов вокруг платежей.
На мой взгляд, один из самых важных моментов в этой конструкции - то, как именно цифровой рубль будет встроен в существующую финансовую систему. Многие предполагают, что новая форма сведет к минимуму роль банков. Но все устроено иначе. Наиболее целесообразной для реализации проекта считают двухуровневую розничную модель, в которой Банк России открывает кошельки финансовым организациям и Федеральному казначейству, а банки открывают кошельки клиентам на платформе цифрового рубля и проводят по ним расчеты. Поэтому цифровой рубль стоит рассматривать не как конкурента банковской системе, а как новый инфраструктурный слой, в котором у Банка России и финансовых организаций сохраняются свои роли.
Для граждан и бизнеса это означает, что цифровой рубль не появится отдельно от привычной банковской среды, а будет встроен в нее. А значит, конкуренция на рынке будет идти не вокруг самого факта его появления, а вокруг того, насколько удобными окажутся сервисы и сценарии использования.
Но обсуждают эту тему до сих пор в основном не в этой логике, а как набор страхов. Один из самых распространенных — что цифровой рубль равен криптовалюте. Но на самом деле это форма национальной валюты, которая не заменяет привычный рубль, а существует наряду с другими его формами.
Не менее живуч и страх, что цифровой рубль отменит наличные и безналичные деньги. Но речь как раз о другом: он задуман не вместо них, а как третья форма денег в дополнение к уже существующим.
Есть и вполне бытовое опасение: открыть такой кошелек будет сложно, понадобится отдельная процедура, а значит, для массового пользователя все снова упрется в лишние действия. Но предполагается, что доступ к нему можно будет получить через привычные канал — в мобильном приложении банка, которым человек уже пользуется. Сам кошелек при этом будет находиться на платформе Банка России.
Еще один частый страх связан с выплатами: не станет ли цифровой рубль обязательным для зарплат, пенсий или пособий. Здесь принцип другой: у человека должен сохраняться выбор, в какой форме получать деньги: наличными, на карту или в цифровых рублях.
Есть и совсем бытовые опасения. Например, что цифровые рубли могут «сгореть», если их не использовать вовремя. Но срока годности у них нет. Еще один страх связан с мошенничеством: не упростит ли новая система оформление кредитов на чужое имя. Но цифровой рубль задуман как средство платежей и переводов, а не как инструмент кредитования.
Наверное, самый чувствительный вопрос здесь — контроль. Да, цифровой рубль действительно расширяет возможности для маркирования средств и проверки их целевого использования — прежде всего там, где речь идет о бюджетных платежах, субсидиях и других адресных сценариях. Но это не означает тотальной слежки за повседневными расходами. Информация о цифровых кошельках граждан должна охраняться банковской тайной, а сам переход к цифровой форме расчетов не означает какого-то нового, отдельного режима наблюдения по сравнению с безналичными платежами.
Сам по себе запуск новой формы денег еще не гарантирует эффекта. Все решит то, насколько понятными и удобными окажутся сервисы вокруг нее. Поэтому говорить о цифровом рубле стоит не как о поводе для тревоги, а как о вполне прикладном изменении в системе расчетов.
